Меню Рубрики

Хронический нейтрофильный лейкоз анализ крови

Клетки человеческой крови зарождаются и поступают в кровоток из разных органов. Пока ребенок развивается в утробе матери, они образуются в печени, селезенке и костном мозге. После рождения клетки крови в основном производятся костным мозгом. Все клетки крови по происхождению делятся на лимфоциты и миелоциты (в каждой группе есть несколько подвидов). Отличия их в том, что лимфоциты после рождения в костном мозге проходят еще дополнительное обучение в лимфатических узлах и селезенке, а миелоциты всю необходимую информацию для жизни и действий получают сразу в костном мозге. Изменившиеся, неправильные лимфоциты, а именно лимфоидные клетки, вызывают те или иные виды лимфопролиферативных болезней — лимфом, о которых мы рассказывали в предыдущем разделе. Неправильные миелоциты тоже могут вызывать болезни, которые называются миелопролиферативными (миело – обозначает «костный мозг», а пролиферация – «размножение»). Миелопролиферативные заболевания бывают острые и хронические. Острые заболевания протекают быстро, они агрессивно поражают организм, и чаще ими болеют молодые люди. Хронические миелопролиферативные заболевания текут медленнее и, как правило, случаются у пациентов старше пятидесяти лет.

Основные миелопролиферативные болезни:

Об этих болезнях мы немного расскажем.

Хронический миеломоноцитарный лейкоз (ХММЛ) – миелопролиферативное заболевание, при котором из-за болезни стволовой (материнской) клетки крови появляется опухоль из ее потомков. При ХММЛ потомками заболевшей стволовой клетки являются больные клетки-моноциты.

Здоровые моноциты – одна из основных сил иммунной системы организма. Моноциты, и особенно их производные – макрофаги, являются долгоживущими клетками. Моноциты поглощают попавшие в кровь бактерии и грибки, а потомки моноцитов, макрофаги, оседают в тканях, в стенках сосудов, селезенке и очищают кровь от больных, старых, отработавших клеток крови, и передают информацию Т-клеткам-солдатам о виде и свойствах проникших в организм инфекций.

ХММЛ чаще заболевают пожилые люди. Как правило, на начальном этапе пациенты чувствуют себя неплохо. Недомогание, слабость, тяжесть в подреберьях, сильная потливость, температура могут появиться позже. У больных увеличиваются печень и селезенка, где оседают опухолевые клетки. В анализе крови возрастает количество моноцитов.

Диагноз ХMMЛ ставят на основании длительного и значительного повышения моноцитов крови (более 1х10 9 \л). Очень важно при постановке диагноза исключить другие причины, которые могут привести к похожим изменениям крови (туберкулез, аутоиммунные заболевания, воспалительные процессы в кишечнике, более частые миелопролиферативные заболевания и другие). Поэтому пациента всесторонне обследуют: делают гистологическое, цитологическое и цитогенетическое исследования костного мозга и другие специальные анализы. Может потребоваться и компьютерная томография. Иногда находят разнообразные поломки тех или иных генов, что очень важно, так как это влияет на выбор лечения.

В настоящее время общепринятым методом лечения ХММЛ является назначение препаратов, постоянный прием которых уменьшает количество опухолевых клеток и улучшает самочувствие больного. Такие препараты оказывают минимальное побочное действие на организм. Если со временем ХMMЛ перейдет в острый лейкоз, то его лечат по схемам острых лейкозов. Молодых пациентов врачи стремятся полностью излечить, выполнив донорскую пересадку материнских стволовых клеток крови.

Хронический базофильный лейкоз (ХБЛ) – чрезвычайно редкое миелопролиферативное заболевание, при котором из-за болезни стволовой (материнской) клетки крови появляется опухоль из ее потомков. При ХБЛ потомками заболевшей стволовой клетки являются больные клетки-базофилы.

Здоровые базофилы (или базофильный гранулоциты) – это своеобразные клетки-сигнальщики, клетки-регуляторы. Они участвуют в общем управлении и связи всех звеньев иммунной системы. Когда возникает «острая», опасная ситуации, например, нас кусает пчела, базофилы выбрасывают в место укуса специальные вещества, которые вызовут отек, привлекут других участников защиты и помешают яду распространиться по организму. Если смотреть на базофилы в микроскоп, то можно заметить мелкие гранулы внутри клеток. В них хранятся сигнальные вещества гранулоцитов – гистамин, серотонин и другие. При аллергических болезнях, астме из-за ошибочных выбросов в кровь большого количества защитных клеток, в том числе и базофилов, возникают все неприятные симптомы: сыпь, чувство нехватки воздуха и т.д. Из-за гранул базофилы называют также базофильными гранулоцитами.

На начальном этапе пациенты, как правило, чувствуют себя неплохо. Недомогание, слабость, тяжесть в подреберьях, сильная потливость, ощущение «приливов» крови к голове, температура, кожный зуд появляются позже. У больных увеличиваются печень и селезенка, в которых оседают опухолевые клетки. В анализе крови значительно увеличивается количество базофилов.

Диагноз ХБЛ ставят на основании стойкого повышения базофилов крови. При исследовании костного мозга врач видит увеличение не только количества базофилов, но также нейтрофилов и эозинофилов. Очень важно при постановке диагноза исключить другие причины, которые могут привести к похожим изменениям крови, в первую очередь более частые миелопролиферативные заболевания. Пациента всесторонне обследуют: делают гистологическое, цитологическое и цитогенетическое исследование костного мозга, другие анализы. Иногда находят разнообразные поломки тех или иных генов, что очень важно, так как это влияет на выбор лечения.

В настоящее время общепринятым методом лечения ХБЛ является назначение препаратов, постоянный прием которых тормозит размножение опухолевых клеток и улучшает самочувствие пациента. Такие препараты оказывают минимальное побочное действие на организм больного. Со временем ХНЛ всегда переходит в острый лейкоз, который лечат по схемам острых лейкозов. Врачи постоянно ищут новые способы лечения ХБЛ с использованием новых лекарств. Молодых пациентов врачи стараются полностью вылечить путём донорской пересадки материнских стволовых клеток крови.

Хронический миелоцитарный лейкоз (ХМЛ) – болезнь стволовой (материнской) клетки крови, которая дает начало опухоли из взрослых миелоидных клеток (ее потомков). Это одно из самых частых и изученных хронических миелопролиферативных заболеваний. ХМЛ проявляется увеличением количества белых кровяных телец – лейкоцитов, то есть, говоря медицинским языком, лейкоцитозом. У лейкоцитов много подвидов, но при ХМЛ растет количество только нейтрофилов, базофилов и эозинофилов. В начале болезни все пациенты чувствуют себя хорошо и эти изменения в анализе крови иногда выявляются случайно. С течением времени больные клетки распространяются по организму, оседают в селезенке и печени и пациента начинают беспокоить тяжесть в подреберьях, нарастающая слабость. Больной может сильно потеть, худеть, могут появиться и другие общие признаки болезни.

В 99% случаев болезнь, как мотор, запускает генетическая поломка, когда образуется новый опухолевый ген, который ученые назвали bcr-abl. Этот ген разрешает больной стволовой клетке бесконтрольно делиться, размножаться, в результате возникает опухоль. Гены объединены в цепочки-пачки, называемые «хромосомы»; их у человека 46. Больную 22-ую хромосому, где появляется bcr-abl ген, впервые описали в американском городе Филадельфия (Philadelphia), поэтому она и называется «филадельфийской». Если ее обнаружили у пациента, то в диагнозе врачи ее обозначают «Ph+».

Ген bcr-abl можно увидеть с помощью полимеразной цепной реакции и FISH-метода, а филадельфийскую хромосому выявляют цитогенетическим исследованием. Цитогенетическое или другие исследования абсолютно необходимы и потому, что если у пациента найдут эту поломку, то значит современное и доступное лечение поможет.

Как и при других болезнях ХМЛ имеет стадии-фазы;

  1. хроническая фаза,
  2. фаза акселерации,
  3. фаза бластного криза.

В хроническую фазу самочувствие больного, как правило, достаточно хорошее, лечение в этой фазе имеет самый хороший прогноз.

В фазу акселерации у больного появляются новые генетические поломки, растут печень и селезенка, может повышаться температура тела, снижается гемоглобин, увеличивается количество тромбоцитов и лейкоцитов.

Бластный криз – конечная стадия ХМЛ, лечение его проходит так же, как лечение острых лейкозов.

Лечить ХМЛ можно по-разному. Для пожилых пациентов, которые не смогут выдержать пересадку стволовых клеток крови, раньше единственным способом было назначение химиопрепаратов. Они не очень долго сдерживали болезнь, имели побочные реакции. Молодым людям пытались пересаживать стволовые клетки, что было крайне сложно, и пациенты переносили это очень тяжело.

Сейчас трансплантацию стволовых клеток крови применяют лишь в некоторых центрах для детей и для очень ограниченных групп взрослых, особенности болезни которых делают другое эффективное лечение бесполезным.

В конце 90-х годов произошла революция в лечении ХМЛ: появился новый препарат – «иматиниба мезилат», который сразу резко улучшил положение. Он, а также его потомки (нилотиниб, дазатиниб), оказались способны, «уцепившись» за больной ген bcr-abl, полностью убирать все проявления болезни. Лечение этими лекарствами достаточно дорого, мало какая страна в мире может позволить себе лечить своих граждан за государственный счет. В России же практически все больные обеспечены этими лекарствами бесплатно по льготе.

Принимая препараты, пациенты могут нормально жить и работать, а эта болезнь, раньше приводящая к быстрой смерти, оказалась уже не опаснее сахарного диабета. Выполнение простых советов врача и регулярный прием лекарства позволяют пациентам жить полноценной жизнью.

Хронический нейтрофильный лейкоз (ХНЛ) – редкое миелопролиферативное заболевание, когда по причине неправильных изменений стволовой (материнской) клетки крови, появляется опухоль из ее потомков. При ХНЛ потомками заболевшей стволовой клетки являются больные клетки-нейтрофилы.

Здоровые нейтрофилы (или нейтрофильные гранулоциты) – одна из основных защитных сил организма. Нейтрофилы составляют около половины всех клеток иммунитета. Если смотреть на них в микроскоп, то можно заметить мелкие гранулы внутри клеток, где хранится “оружие” нейтрофилов, поэтому их называют также нейтрофильными гранулоцитами. Нейтрофилы, не разбираясь, уничтожают все, что явно отличается от клеток собственного организма. Если, например, мы занозили палец, то, чтобы предотвратить попадание в кровь бактерий, гранулоциты оцеплением ограничат повреждение кожи, а потом будут атаковать инородное тело до тех пор, пока оно не растворится, либо пока человек не извлечет его сам. Гной – это то, что остается от такой борьбы нейтрофильных гранулоцитов.

ХНЛ чаще заболевают пожилые люди. Как правило, на начальном этапе пациенты чувствуют себя неплохо. Недомогание, слабость, тяжесть в подреберьях, сильная потливость, температура, кожный зуд появляются позже, а также становятся больше по размерам печень и селезенка, где оседают опухолевые клетки. В анализе крови значительно увеличивается количество нейтрофилов, могут быть и другие изменения.

Диагноз ХНЛ ставят на основании длительного повышения нейтрофилов крови (более 25х10 9 \л). Врачу очень важно при постановке диагноза исключить другие причины изменений, которые могут появиться в результате другого опухолевого, инфекционного и аутоиммунного процесса. Поэтому пациента всесторонне обследуют: делают гистологическое, цитологическое и цитогенетическое исследование костного мозга, может потребоваться, компьютерная томография и специальные анализы на выявление других заболеваний.

В настоящее время общепринятым методом лечения ХНЛ является назначение препаратов, постоянный прием которых уменьшает количество опухолевых клеток и улучшает самочувствие больного, при этом такие препараты оказывают минимальное побочное действие на организм. Со временем ХНЛ всегда переходит в острый лейкоз, который лечат по схемам острых лейкозов. Молодых пациентов можно полностью излечить, выполнив донорскую пересадку материнских стволовых клеток крови. Врачи постоянно пробуют и новые способы лечения с использованием новых лекарств.

В связи тем, что ХНЛ болезнь редкая и у каждого конкретного пациента она может проявляться очень по-разному, четких цифр по эффективности лечения и длительности жизни больных пока нет. В специализированной литературе описаны случаи, когда пациенты при действенном лечении жили до двадцати лет.

Гиперэозинофильный синдром (ГЭС) – болезнь, при которой в крови увеличивается количество клеток-эозинофилов, в той или иной степени повреждающих внутренние органы. На медицинском языке небольшое повышение эозинофилов называется «эозинофилия», а значительное – «гиперэозинофилия».

Здоровые эозинофилы (эозинофильные гранулоциты) – одна из иммунных, то есть защитных, сил организма. Они играют особенную роль в борьбе человека с болезнями, с паразитами, а также при аллергии, участвуют в общем управлении и связи всех звеньев иммунной системы. Свое название они получили, потому что хорошо окрашиваются краской-эозином. При большом увеличении в этих клетках можно увидеть мелкие гранулы, в которых эозинофилы «хранят» запас очень активных химических веществ.

Эозинофилия, которая возникает как ответ организма на некоторые инфекции, болезни крови, болезни суставов, называется вторичной, или реактивной. При такой реакции организма повышение эозинофилов в крови безопасно в отличии от гиперэозинофильного синдрома. Гиперэозинофильный синдром отличается от реактивных (вторичных) эозинофилий тем, что при этом заболевании в кровь постоянно поступает слишком много химических защитных веществ, и поэтому страдают внутренние органы: кишечник, сердце, легкие и другие. Бывает, что больные ГЭС жалуются на случаи «странной» нехватки воздуха, диарею, отеки, необъяснимую слабость, потливость, сыпь. Пациенты могут ощущать тяжесть в подреберьях, потому что увеличены печень или селезенка, в которых оседают опухолевые клетки. Со временем ГЭС может переходить в лимфому или острый лейкоз.

Диагноз «ГЭС» ставят, если у пациента длительно повышены эозинофилы крови и поражены внутренние органы. Очень важно при постановке диагноза исключить другие причины, которые могут привести к похожим изменениям крови (астму, более частые миелопролиферативные болезни крови и другие), поэтому пациента всесторонне обследуют: делают гистологическое, цитологическое и цитогенетическое исследования костного мозга. Могут потребоваться компьютерная томография и другие специальные анализы. Как правило, при ГЭС типичных изменений в генах не выявляют, хотя при выполнении цитогенетического исследования могут быть найдены некоторые поломки. Обнаружить изменения тех или иных генов очень трудно, но если их находят, то это влияет на выбор лечения.

В настоящее время общепринятым методом лечения ГЭС является назначение лекарств, постоянный прием которых останавливает размножение больных клеток, и такие лекарства оказывают минимальное нежелательное побочное действие. Самочувствие пациента улучшается. Если со временем болезнь переходит в лимфому или острый лейкоз, то их лечат по схемам острых лейкозов или лимфом. Молодых пациентов врачи стараются вылечить с помощью пересадки стволовых (материнских) клеток крови.

Идиопатический миелофиброз (синонимы: первичный миелофиброз, остеомиелофиброз, агногенная миелоидная метаплазия, сублейкемический миелоз)

Идиопатический миелофиброз (ИМФ) – хроническое миелопролиферативное заболевание, при котором из-за болезни стволовой (материнской) клетки крови появляется опухоль из ее потомков. Увеличивается число всех клеток крови: лейкоцитов, эритроцитов и тромбоцитов, они хоть и являются потомками заболевшей стволовой клетки, но тем не менее в целом выполняют свою обычную работу. При ИМФ начинается также избыточный рост клеток, которые поддерживают, «обслуживают» костный мозг, а точнее, рост клеток соединительной (фиброзной) ткани. В результате очень скоро нормальные клетки вытесняются из своего «дома», из кости. Здоровые материнские клетки крови не могут жить вне кости, а вот опухолевые могут находиться в печени и селезенке. Больные клетки крови поселяются там, поэтому селезенка и печень увеличиваются.

Читайте также:  Результаты анализа крови расшифровка у детей mid

Повышение гемоглобина и тромбоцитов опасно, потому что образуются сгустки крови, которые могут перекрывать (тромбировать) мелкие сосуды. Это вызывает различные осложнения (тромбозы), в том числе инфаркты, инсульты.

Как правило, на начальном этапе заболевшие люди чувствуют себя неплохо; симптомы, то есть признаки болезни: похудание, кожный зуд, потливость, слабость, боли в костях, тяжесть в подреберьях – появляются позже. В анализе крови на начальном этапе увеличивается количество тромбоцитов, гемоглобина и лейкоцитов, потом гемоглобин может снижаться, вслед за ним могут «идти вниз» тромбоциты, но большое количество лейкоцитов сохраняется на протяжении всей болезни.

Диагноз ИМФ ставят после гистологического анализа костного мозга, в котором находят чрезмерное разрастание соединительной фиброзной ткани. Очень важно при постановке диагноза исключить другие причины, которые могут привести к похожим изменениям крови и костного мозга, в первую очередь другие миелопролиферативные заболевания, а также неопухолевые болезни, например: ВИЧ, туберкулез, гиперпаратиреоз и другие. Пациента всесторонне обследуют: делают гистологическое, цитологическое и цитогенетическое исследование костного мозга, УЗИ или КТ брюшной полости, другие специальные анализы.

В настоящее время общепринятым методом лечения ИМФ является назначение лекарств, которые больные должны принимать постоянно. Такие лекарства тормозят деление опухолевых клеток, при этом они оказывают минимальное побочное действие на организм, и самочувствие пациента улучшается. Если со временем ИМФ перейдет в острый лейкоз (что бывает очень редко), то он лечится по схемам острых лейкозов. Врачи все время ищут новые способы лечения с использованием новых лекарств. Для молодых пациентов наиболее действенным средством полного излечения считается донорская пересадка материнских стволовых клеток крови.

Истинная полицитемия (ИП) — хроническое миелопролиферативное заболевание, при котором из-за болезни стволовой (материнской) клетки крови появляется опухоль из ее потомков. У больного увеличивается число всех клеток крови: лейкоцитов, тромбоцитов и особенно эритроцитов. Являясь потомками заболевшей стволовой клетки, все клетки крови выполняют свою обычную работу в целом нормально, но повышение гемоглобина и тромбоцитов опасно, потому что образуются сгустки крови, которые, будто пробки, могут перекрывать (тромбировать) мелкие сосуды. Это вызывает различные осложнения (тромбозы), в том числе инфаркты, инсульты.

Как правило, на начальном этапе заболевшие люди чувствуют себя хорошо, а изменения в анализе крови находят иногда случайно. Симптомы болезни появляются позже. В связи с тем, что крови слишком много, может повышаться артериальное давление, появляется тошнота, недомогание, головные боли. Из-за большого количества гемоглобина лицо пациента становится красным, и окружающие начинают думать, что у заболевшего человека проблемы с алкоголем. У больных полицитемией часто чешется тело, особенно после контакта с водой – после душа, ванны и др. На поздних стадиях могут увеличиваться печень и селезенка, в которых накапливаются опухолевые клетки.

При постановке диагноза «истинной полицитемии» практически всегда находят повышение гемоглобина и мутацию гена «JAK2». Однако важно исключить другие причины, которые приводят к похожим изменениям крови, в первую очередь другие миелопролиферативные заболевания, вредные привычки (например, длительный стаж курения) и профессиональные вредности, а также неопухолевые болезни (ВИЧ, туберкулез, гиперпаратиреоз и другие). Пациента всесторонне обследуют: делают гистологическое, цитологическое и цитогенетическое исследование костного мозга, УЗИ или КТ брюшной полости, другие специальные анализы.

В настоящее время лучшим методом лечения истинной полицитемии является старый, но очень действенный метод – кровопускание. Регулярное (примерно 1 раз в 1-2 месяца) удаление 400 мл крови позволяет уменьшить все проявления и предупредить большинство осложнений болезни. Лекарства при полицитемии назначают редко. Если со временем полицитемия перейдет в острый лейкоз (что бывает очень редко), то он лечится по схемам острых лейкозов. Врачи постоянно ищут новые способы лечения с использованием новых средств. Молодых пациентов стараются полностью вылечить путем донорской пересадки материнских стволовых клеток крови.

Эссенциальная тромбоцитемия — хроническое миелопролиферативное заболевание, при котором из-за болезни стволовой (материнской) клетки крови появляется опухоль из ее потомков. При эссенциальной тромбоцитемии увеличивается число тромбоцитов.

Тромбоциты это клетки, которые призваны защищать нас от кровотечения. Например, при порезе пальца, когда начинает течь кровь, они формируют сгусток, который как заплатка закрывает поврежденный сосуд.

Тромбоциты при эссенциальной тромбоцитемии хоть и являются опухолевыми, но в целом свою повседневную работу выполняют нормально. В то же время увеличение их числа очень опасно тем, что сгустки крови могут появляться спонтанно и перекрывать (тромбировать) мелкие сосуды. Это вызывает различные осложнения (тромбозы), в том числе инфаркты, инсульты. Помогают тромбоцитам останавливать кровотечение специальные молекулы, которые образуются в печени. Если тромбоцитов чрезмерно много (более 1500\мкл), то кровоостанавливающих молекул начинает не хватать на всех, и тогда повышается риск уже не тромбоза, а кровотечения.

Как правило, пациенты чувствуют себя хорошо, а изменения в анализе крови иногда выявляются случайно. На поздних стадиях могут увеличиваться печень и селезенка, в которых оседают опухолевые клетки.

Диагноз «эссенциальная тромбоцитемия» ставят, если у человека находят длительное, стойкое повышение количества тромбоцитов в крови и есть характерные изменения в анализах костного мозга. Очень важно при постановке диагноза исключить другие причины, которые могут привести к похожим изменениям крови, в первую очередь дефицит железа, хронический воспалительный процесс в организме (туберкулез и др.), другие опухолевые болезни. Пациента всесторонне обследуют: делают гистологическое, цитологическое и цитогенетическое исследование костного мозга, УЗИ или КТ брюшной полости, другие специальные анализы.

На сегодняшний день эссенциальную тромбоцитемию лечат препаратами, постоянный прием которых разжижает кровь и значительно уменьшает риск тромбоза. Но если риск тромбоза велик, то назначают минимальные дозы препаратов, которые останавливают размножение больных клеток. Очень важно, что такие лекарства оказывают минимальное побочное действие. Самочувствие пациента улучшается, а риск развития тяжелых осложнений существенно снижается.

Мастоцитоз — хроническое миелопролиферативное заболевание, при котором из-за болезни стволовой (материнской) клетки крови появляется опухоль из ее потомков. При мастоцитозе увеличивается число мастоцитов.

Мастоциты – это клетки, формой похожие на веретено. Их работой является управление, «дирижирование» в большом оркестре под названием «иммунитет». А еще, подобно клеткам базофилам, они тоже имеют запас очень активных химических веществ, которые понемножку поступают в кровь. Если мастоцитов стало очень много, то и активных веществ становится больше, чем обычно. Это приводит к тому, что человека появляются приступы тяжелой потливости, у него отекают мягкие ткани, может внезапно потечь из носа, возникнуть чувство нехватки воздуха, боли в костях. Заподозрить мастоцитоз непросто, поэтому таких пациентов иногда долго лечат от эндокринного синдрома, остеопатии, поливалентной аллергии и других болезней до установления правильного диагноза.

Заболевшие клетки-мастоциты могут находиться в коже, лимфатических узлах, костном мозге, печени, селезенке и других органах.

Существуют разные виды мастоцитоза:

  • кожный мастоцитоз;
  • вялотекущий (индолентый) системный мастоцитоз;
  • мастоцитоз на фоне других болезней крови;
  • агрессивный системный мастоцитоз;
  • мастоцитоидная саркома;
  • внекожная мастоцитома.

Все эти виды мастоцитоза по тяжести симптомов, особенностям течения очень отличаются друг от друга. Некоторые проявляются быстро, а некоторые незаметны годами.

При постановке диагноза необходимо для гистологического и иммуногистохимического исследования выполнить биопсию, иначе говоря, взять частичку больного органа: увеличенного лимфатического узла, опухоли, маленький фрагмент больной кожи или трепанобиопсию костного мозга. Чтобы понять, нет ли опухолей во внутренних органах, которые нельзя увидеть при внешнем осмотре, нужно сделать компьютерную томографию грудной клетки, брюшной полости и малого таза. Обязательно следует провести анализ крови на триптазу, а также исключить изменения некоторых генов. Это очень важно, чтобы понимать, как лечить пациента и что с ним будет потом.

Одними из самых опасных проявлений мастоцитоза является внезапное снижение артериального давления, которые сопровождается резкой тяжелейшей слабостью и проливным потом. На медицинском языке это называется «анафилактическим шоком». Правда, анафилактический шок развивается из-за аллергии, но при мастоцитозе механизм такой же. От анафилактического шока человек может умереть, поэтому больной должен быть всегда готовым оказать себе помощь. В качестве срочной меры помогает подкожный укол адреналина: он поднимает артериальное давление и дает время больному попросить о помощи. В продаже можно найти удобную специальную шприц-ручку (Anakit, Anahelp) с адреналином, по типу шприц-ручек с инсулином, которыми пользуются диабетики. Такую ручку лучше всегда держать при себе.

Лечение каждого больного зависит от конкретного вида мастоцитоза. Какой-то пациент требует минимальной терапии, а кто-то самых решительных мер. В каждом конкретном случае врач выбирает оптимальное лечение.

Миелодиспластическое/миелопролиферативное заболевание неклассифицируемое (смешанный миелодисплатический/миелопролиферативный синдром неклассифицируемый, «перекрестный» синдром неклассифицируемый).

Миелодиспластическое/миелопролиферативное заболевание (МДС/МПЗ) – редкое хроническое заболевание крови, имеющее признаки как миелопролиферативного, так и миелодиспластического синдрома.

В этом случае в заболевшей стволовой клетке произошли такие изменения, что ее потомки имеют как явно опухолевые черты (миелопролиферации), так и признаки нарушения их созревания (дисплазии).

К болезням, сочетающим в себя все эти признаки, относятся

  • атипичный хронический миелоцитарный лейкоз
  • ювенильный хронический миеломоноцитарный лейкоз (детский ХММЛ),
  • рефрактерная анемия с кольцевидными сидеробластами и большим тромбоцитозом

Поставить диагноз МДС\МПЗ довольно сложно, потому что врачу нужно найти у одного пациента черты двух болезней: опухолевые клетки (потомки заболевшей стволовой) и признаки нарушения созревания («взросления») здоровых клеток крови. Для этого необходимо выполнить цитологическое, цитогенетические, гистологическое исследование костного мозга, крови, а также провести другие специальные анализы.

Лечение зависит прежде всего от диагноза и общего состояния пациента. Так, к примеру, на начальном этапе при рефрактерной анемии с кольцевидными сидеробластами и тромбоцитозом от активной терапии можно иногда воздержаться: такие пациенты нуждаются время от времени только в переливаниях крови. Атипичный хронический миелоцитарный лейкоз и ювенильный хронический миеломоноцитарный лейкоз всегда требуют лечения. Одной из главных опасностей МПЗ\МДС является переход болезни в острый лейкоз. Если это произошло, то больных лечат по схемам острых лейкозов. Молодых пациентов можно вылечить с помощью пересадки стволовых (материнских) клеток крови.

источник

Хронические миелопролиферативные новообразования (МПН) являются клональным заболеванием гемопоэтической стволовой клетки, характеризующимся пролиферацией одной миелоидной линии или более (гранулоцитарной, эритроидной, мегакариоцитарной и тучноклеточной).

Согласно классификации ВОЗ (2008 г.), в зависимости от преобладания поражений тех или иных клеточных линий, в эту группу включают следующие нозологические формы.

— хронический миелоидный лейкоз, BCR-ABL1 положительный
— хронический нейтрофильный лейкоз
— истинная полицитемия
— первичный миелофиброз
— эссенциальная тромбоцитемия
хронический эозинофильный лейкоз неспецифицированный (ХЭЛ НС)
— мастоцитоз
— миелопролиферативное новообразование неклассифицируемое (НК)

Миелодиспластические/миелопролиферативные новообразования (МДС/МПН):

— хронический миеломоноцитарный лейкоз
— атипичный хронический миелоидный лейкоз BCR-ABL1 негативный
— ювенильный миеломоноцитарный лейкоз
— миелодиспластические/миелопролиферативные новообразования неклассифицируемые
условная форма: рефрактерная анемия с кольцевыми сидеробластами и тромбоцитозом

Миелоидные и лимфоидные новообразования, ассоциированные с эозинофилией и аномалиями PDGFRA, PDGFRB или FGFR1:

— миелоидные и лиимфоидные новообразования, ассоциированные с реаранжементом PDGFRA
— миелоидные новообразования, ассоциированные с реаранжементом PDGFRB
— миелоидные и лимфоидные новообразования, ассоциированные с аномалиями FGFR1

Ниже приводятся основные клинические, гематологические и лабораторные данные некоторых вышеуказанных нозологических форм (H.Bonner, A.J.Erslev, 1994).

Таблица 1. Основные клинические, гематологические и лабораторные данные нозологических форм

Хронический миеломоноцитарный лейкоз (ХММЛ) относится к миелопролиферативным новообразованиям. В 1996 г. FAB-группа предложила различать два варианта ХММЛ. При количестве лейкоцитов менее 13,0х10 9 /л выставляется вариант МДС-ХММЛ, при лейкоцитозе выше 13,0х10 9 /л — вариант МПН-ХММЛ. Показано, что при отсутствии достоверных различий в клинико-гематологических признаках выживаемость при варианте МДС-ХММЛ выше, чем при варианте МПН-ХММЛ.

Хромосомные аномалии встречаются у 20-15% больных: del 7q, трисомия 8, der/del 12p; но del 5q- при этом варианте не встречается.

При ХММЛ избыточная пролиферация моноцитов может быть причиной спленомегалии (у 17% больных) и гепатомегалии (у 13% больных); иногда наблюдается лимфоаденопатия и гиперпластический гингивит.

Согласно классификации ВОЗ, выделяют следующие диагностические критерии для ХММЛ:

— моноциты периферической крови более 1,0х10 9 /л,
— менее 20% бластов в крови или костном мозге,
— отсутствие Ph-хромосомы или фузионного гена BCR/ABL,
— дисплазия одной или более миелоидных линий;

При отсутствии или минимальной миелодисплазии диагноз ХММЛ может быть выставлен при наличии:

— приобретенных клональных цитогенетических аномалий в костном мозге, или
— при наличии постоянного моноцитоза в течение последних трех месяцев с исключением других причин моноцитоза.

Диагноз ХММЛ-1 — при наличии 9 /л.

В данной классификации ХММЛ в количество бластов включают миелобласты, монобласты и промоноциты.

Дифференциальная диагностика проводится с ХМЛ и вариантами М4, М5 острый миелоидный лейкоз (ОМЛ).

При ХММЛ наиболее часто проводят монохимиотерапию гидроксимочевиной, дозы которой подбирают в зависимости от числа лейкоцитов. Сопоставимые результаты получены при терапии 6-меркаптопурином. Однако полные ремиссии при такой терапии не достигаются.

«Атипичный хронический миелоидный лейкоз» (аХМЛ) отличается от классического ХМЛ отсутствием Ph-хромосомы и химерного гена BCR/ABL. Кроме того, аХМЛ ассоциирован со значительной гранулоцитарной, часто мультилинейной дисплазией, что не наблюдается в ХФ ХМЛ.

Заболевание отличается агрессивным течением. Средняя продолжительность жизни составляет 11-18 месяцев. Дифференциальная диагностика должна проводиться в первую очередь с ХМЛ. Терапия практически идентична таковой при ХМЛ.

Ювенильный миеломоноцитарный лейкоз (юММЛ) является гематопоэтическим клональным заболеванием, характеризуется преимущественной пролиферацией нейтрофильной и моноцитар-ной линий, отсутствием Ph-хромосомы и фузионного гена BCR/ABL.

При нем отмечено наличие мутаций в семействе генов RAS, отвечающих за ответ на факторы роста; мутаций гена PTPN11, и гена NF1, отвечающих за обратную регуляцию активности гена RAS. Эти мутации обеспечивают рост миелоидных предшественников в костном мозге без добавления факторов роста.

Читайте также:  Результаты анализа крови расшифровка у детей neu

При обследовании в большинстве случаев выявляется гепатоспленомегалия, лимфоаденопатия. Диагностируется чаще у детей раннего и подросткового возраста, хотя могут болеть и лица молодого возраста. Дифференциальную диагностику необходимо проводить с ХМЛ детского возраста и ХММЛ. В категорию юММЛ включены лица с моносомией Хр7. Терапия проводится по общепринятым протоколам лечения ХММЛ с добавлением ретиноидов. Излечение возможно только при аллогенной трансплантации костного мозга (алло-ТКМ).

Более поздние наблюдения при отсутствии цитогенетических изменений показали, что нейтрофилия обусловлена аномальной продукцией цитокинов при наличии опухоли или аномального воспалительного ответа. Клинические и лабораторные данные могут соответствовать таковым при ХМЛ в ХФ.

Однако в некоторых случаях при цитогенетическом и молекулярном изучении доказана клональность нейтрофильной линии. Поэтому хронический нейтрофильный лейкоз внесен по классификации ВОЗ в группу хМПН с рекомендацией подтверждения клонального характера миелоидной метаплазии данными цитогенетического исследования в случае наличия других опухолевых заболеваний. Терапия в случае доказанности клональности проводится так же, как и терапия ХМЛ в соответствующей фазе.

Случаи миелопролиферативных новообразований при отсутствии реаранжировки PDGFRA, PDGFRB или FGFR1 классифицируются как ХЭЛ НС при наличии эозинофилии крови >1,5х10 9 /л или более, количестве бластов в периферической крови менее 20%, отсутствии фузионного гена BCR-ABL1, наличии inv (16) (p13,1; q22) или t (16; 16) (p13,1; q22), пролиферации эозинофилов в костном мозге (КМ) и тканях различных органов (сердце, легкие, кожа, ЦНС, ЖКТ).

Подтверждением клональности лейкемических клеток в части случаев являются аномалии кариотипа: +8, моносомия 7, аберрация 4, 6, 10, 15 хромосом, а также мутация JAK2; отсутствует клональность Т-клеточных рецепторов.

Дифференциальный диагноз проводится с различными реактивными эозинофилиями, гиперэозинофильным синдромом (ГЭС) и опухолевыми заболеваниями с увеличением количества эозинофилов (лимфома Ходжкина, острый лимфобластный лейкоз и ХМЛ). Ранее ХЭЛ НС и ГЭС были объединены в одну нозологическую группу.

В настоящей классификации увеличение количества бластов в крови >2%, в КМ >5% и подтверждение клональности пролиферирующих клеток дает возможность разделить эти два патологических состояния. Терапия проводится по правилам лечения ХМЛ с обязательным назначением дезагрегантной терапии в связи с наличием тенденции к гиперкоагуляции и возможным тромбированием мезентериальных сосудов.

Классификация ВОЗ (2008 г.) заболеваний тучных клеток:

— кожный мастоцитоз;
— индолентый системный мастоцитоз;
— системный мастоцитоз, ассоциирующийся с клональным гематологическим заболеванием нетучноклеточной линии;
— агрессивный системный мастоцитоз;
— тучноклеточный лейкоз;
— тучноклеточная саркома;
— экстракожная мастоцитома.

Термин «мастоцитозы» объединяет группу заболеваний из пролиферирующих тучных клеток, характеризующихся аномальной пролиферацией и накоплением мастоцитов в одной или нескольких системах органов.

Гематологические изменения при мастоцитозе включают анемию, лейкоцитоз с эозинофилией, гранулоцито- и тромбоцитопению. КМ поражен у пациентов с агрессивным или лейкемическим вариантом. В трепане при поражении костного мозга обнаруживают мультифокальные кластеры или инфильтрацию агрегатами тучных клеток, при гистологическом исследовании выявляют диффузную интерстициальную инфильтрацию.

Кожный мастоцитоз, или пигментная крапивница, встречается преимущественно у детей, проявляется мелкими папулезными, уртикарными, буллезными и диффузными розоватыми высыпаниями на коже.

Сиситемный мастоцитоз наблюдается чаще у взрослых и характеризуется аномальной инфильтрацией тучными клетками не только кожи, но и КМ, селезенки, ЖКТ и других внутренних органов. У части больных системный мастоцитоз ассоциируется с развитием хронического МПН, реже — МДС или зрелоклеточной лимфоидной пролиферации.

В клинической картине системного мастоцитоза выделяют две группы симптомов. Симптомы первой группы обусловлены инфильтрацией тучными клетками органов и тканей. К симптомам второй группы относятся: интоксикация, кожный зуд, остеопороз или остеофиброз, диарея и язвенные поражения ЖКТ, геморрагический синдром.

Клинический вариант системного мастоцитоза, протекающий с массивным поражением костного мозга (более 20% мастоцитов) и появлением аномальных тучных клеток в крови обозначается как тучноклеточный лейкоз. Данный вариант отличается отсутствием кожных поражений и неблагоприятным течением.

Диагностика мастоцитозов основывается на выявлении инфильтрации тучными клетками пораженных органов и тканей. Для уточнения диагноза проводят иммунофенотипическое определение CD2, CD 25, триптазы (G3) или определение мутации c-kit (CD 117).

Дифференциальная диагностика с реактивными гиперплазиями тучных клеток на фоне аллергических и опухолевых заболеваний основывается на данных морфологии.

В лечении используются ингибиторы продукции и антагонисты медиаторов, освобождающихся из тучных клеток. Имеются сообщения о положительных результатах применения препаратов интерферона и циклоспорина А в сочетании с метилпреднизолоном.

источник

Молекулярная генетика хронического нейтрофильного лейкоза, хронический миеломоноцитарный лейкоз и атипичная хроническая миелоидная лейкемия

Согласно классификации Всемирной организации здравоохранения 2008 года, хроническая нейтрофильная лейкемия, хроническая миеломоноцитарная лейкемия и атипичная хроническая миелоидная лейкемия — редкие заболевания. Замечательный прогресс в нашем понимании молекулярной генетики миелопролиферативных новообразований и миелодиспластических / миелопролиферативных новообразований дал понять, что в этих трех редких заболеваниях есть некоторые специфические генетические аномалии. В то же время между этими нарушениями наблюдается значительное совпадение на молекулярном уровне. Различные комбинации генетических аномалий указывают на многоступенчатый патогенез, что, вероятно, способствует выраженной клинической гетерогенности этих расстройств. В этом обзоре основное внимание уделяется современным знаниям и проблемам, связанным с молекулярным патогенезом хронического нейтрофильного лейкоза, хроническим миеломоноцитарным лейкозом и атипичным хроническим миелоидным лейкозом, а также отношениями между молекулярными данными, клиническими особенностями и прогнозом.

Хроническая нейтрофильная лейкемия (CNL), хроническая миеломоноцитарная лейкемия (CMML) и атипичная хроническая миелоидная лейкемия (ХМЛ) представляют собой редкие заболевания, классифицированные в Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) 2008 года как миелопролиферативные новообразования (MPN, CNL) или миелодиспластические / миелопролиферативные новообразования (MDS / MPN, CMML и CML). Эти заболевания имеют несколько характеристик, включая увеличенную печень и селезенку, увеличенный WBC и гиперкапсульный костный мозг. Они отличаются друг от друга по числам и типам лейкемических клеток в крови, появлению лейкозных клеток в крови и клетках костного мозга и цитогенетическим и молекулярным аномалиям, включая отсутствие t (9:22) и BCR / ABL1 и перегруппировку рецептор фактора роста тромбоцитов, альфа-полипептид (PDGFRA), рецептор фактора роста тромбоцитов, бета-полипептид (PDGFRB) или рецептор фактора роста фибробластов 1 (FGFR1). Раньше иногда было трудно отличить эти заболевания друг от друга и от других MPN, включая хроническую миелоидную лейкемию (CML), полицитемию vera (PV), существенную тромбоцитемию (ET) и первичный миелофиброз (PMF), которые имеют разные молекулярные аномалии, включая мутации в Janus kinase 2 (JAK2), калькретинулин (CALR) и протоонкоген MPL, рецептор тромбопоэтина (MPL). Молекулярная характеристика CNL, CMML и атипичного CML продвинулась еще дальше с использованием секвенирования следующего поколения. Были выявлены важные генетические аномалии, которые помогают различать эти заболевания. В этом обзоре основное внимание уделяется современным знаниям и проблемам, связанным с молекулярным патогенезом CNL, CMML и атипичным ХМЛ, а также отношениями между молекулярными данными, клиническими особенностями и прогнозом.

В 2013 году Maxson et al. сообщали о частых мутациях в CSF3R у пациентов с CNL и атипичным ХМЛ [1]. Такие мутации встречаются редко у пациентов с ОМЛ. Было обнаружено два типа мутаций. CSF3RT618I и CSF3RT615A являются наиболее распространенными мутациями, которые находятся в проксимальной области мембраны, которая опосредует пролиферативные и выживаемость. Эти мутации происходят в одиночку или с другими бессмысленными мутациями, усекающими цитоплазматический хвост кодирующей области, важным для трансдукции созревания и подавления пролиферации [1,2]. Мембранные проксимальные мутации приводят к активации сигнальных путей JAK и мутаций усечения при преимущественной активации сигнала SRC-семейства TNK2 (рис. 1A) [1]. Этериологическая роль мутации CSF3RT618I при этих заболеваниях изучалась в модели, в которой мыши, трансплантированные CSF3RT618I-экспрессирующими гемопоэтические клетки. Эти мыши разработали фенотип, подобный CNL, характеризующийся гиперкальциевым костным мозгом и инфильтратами гранулоцитов в селезенке и печени и умершим [3].
Соматические мутации влияют на гены, участвующие в CSF3R (A), эпигенетическую регуляцию (B) и сплайсинг РНК (C).

Pardanani et al. [4] секвенировали вовлеченные экзоны CSF3R у 35 подозреваемых субъектов с CNL, 12 пациентов с подтвержденным CNL и 6 пациентов с CNL и моноклональной гаммапатией или лимфоидным новообразованием. Все субъекты, которые выполнили критерии ВОЗ 2008 года для CNL, имели мутацию проксимальной мембраны CSF3R, чаще всего CSF3RT618I. Один субъект имел CSF3RM696T и 1, CSF3RI598I. У одного из этих субъектов также была усекающая мутация CSF3R. У кого-то с CNL, определяемым ВОЗ, но с моноклональной гаммопатией или лимфоидным новообразованием была мутация CSF3R. Эти данные объясняют различные основы и прогнозы между CNL с моноклональной гамма-покой и без нее [5-8]. Наше исследование на китайском языке с CNL, определяемым ВОЗ, подтвердило эти результаты [9]. Мы обнаружили мутацию CSF3RT618I у всех пациентов с CNL без моноклональной гаммопатии, но не у 2 пациентов с особенностями CNL с моноклональной гаммопатией. Эти данные указывают, что мутации CSF3R являются высокочувствительным и специфическим молекулярным маркером для CNL, определяемого ВОЗ, и мы предлагаем включить его в пересмотренные критерии.

JAK2 V617F распространен у пациентов с отрицательными MPN BCR / ABL1 и редко встречается у пациентов с ХМЛ, но не у пациентов с лимфоидными новообразованиями, реактивными миелопролиферативными нарушениями или нормалями [10,11]. Сообщается о 13 пациентах с CNL с JAK2 V617F [12-20]. Эти пациенты имели типичные особенности CNL без эритроцитоза, тромбоцитоза и фиброза костного мозга, типичных для PV, ET и PMF, но мутации CSF3R не тестировались. Другие недавние исследования не сообщают JAK2 V617F у пациентов с CNL с мутациями CSF3R [4,9]. Также спорным является вопрос о том, имеют ли пациенты с CNL и JAK2 V617F другой прогноз, чем пациенты с CNL без JAK2 V617F. Некоторые данные свидетельствуют о том, что CNL с мутацией JAK2V617F имеет неспешный курс с длительными интервалами стабильного заболевания на гидроксимочевине [12]. Другие данные показывают, что у человека с CNL и JAK2V617F есть худший прогноз и высокий риск трансформации в AML [13,14]. Основная проблема, конечно же, заключается в том, достаточны ли нынешние критерии ВОЗ для точной диагностики CNL. У пациентов с кажущимся CNL, но с JAK2V617F, а не с мутацией CSF3R, действительно есть CNL или другое расстройство, которое в настоящее время не признано в критериях ВОЗ. Это различие произвольно, но мы предпочитаем резервировать CNL-обозначение в будущих пересмотрах критериев ВОЗ для пациентов с мутациями CSF3R. Разумеется, это потребует нового указателя для пациентов с клиническим фенотипом, похожим на CNL, но с JAK2V617F. Эта ситуация отличается от ситуации, в которой человек с фенотипом CNL и мутацией CSF3R также может иметь вторую мутацию, такую ​​как SETBP1 (см. Ниже).

В трех небольших исследованиях сообщалось о мутациях SETBP1 у некоторых пациентов с CNL [4,9,21]. Pardanani et al. [4] сообщили, что у 6 из 34 пациентов с клинически подозреваемым CNL были мутации SETBP1, а у 4 из 12 пациентов с CNL, определяемыми ВОЗ, была мутация SETBP1 и CSF3RT618I. Мы обнаружили мутации SETBP1 у 6 из 8 пациентов с CNL с CSF3RT618I [9]. Piazza et al. [21] сообщили о мутации SETBP1 у 4 пациентов с CNL и мутацией CSF3R. У этих пациентов был худший прогноз, чем у пациентов с CNL без мутации SETBP1 [4,21,22], наблюдение требует подтверждения.

Мутации обнаруживаются примерно у 90% пациентов с CMML [23-25]. Эти мутации группируются в четыре категории: (1) мутации, содержащие гены эпигенетического регулятора (рис. 1B) [23-26]; (2) мутации с участием пути связующего компонента (рис. 1C) [27-30]; (3) мутации с участием факторов транскрипции [24,31-33]; и (4) мутации, содержащие сигнальные гены регулятора [24,26,34-37].

Мутации в мутациях tet methylcytosine dioxygenase 2 (TET2) обнаруживаются у 40-60 процентов пациентов с CMML [24,26,38,39]. Существует противоречие, связаны ли мутации TET2 у пациентов с CMML с прогнозом. Kosmider et al. [38] сообщили, что мутация TET2 ассоциировалась с плохим прогнозом, но это не было подтверждено в двух недавних крупных сериях [24,30]. Мутации в ДНК (цитозин-5 -) — метилтрансферазе 3α (DNMT3A) и изоцитратдегидрогеназе 1/2 (IDH1 / 2) встречаются редко в CMML [24, 26, 40]. Мутации DNMT3A имели тенденцию встречаться в CMML-2 и были зарегистрированы у 6 из 20 пациентов с AML, полученными из CMML [26]. Дополнительные сексуальные расчески, такие как мутации транскрипционного регулятора 1 (ASXL1), обнаружены у 40-50 процентов пациентов с CMML [24,30,41], у которых, как сообщается, более высокий уровень WBC и более высокий уровень моноцитов и незрелых миелоидных клеток в крови [ 24,30]. Клинические особенности пациентов с CMML и c.1934dupG; p.G646WfsX12 аналогичны пациентам с другими мутациями ASXL1 [24,30]. Выводы из 2 больших серий о прогностическом влиянии мутаций ASXL1 на выживание противоречивы. Itzykson et al. сообщаемая мутация ASXL1 была неблагоприятным независимым прогностическим фактором [24]. Однако данные Patnaik et al. показали, что мутации ASXL1 не влияют на выживание [30]. Это противоречие требует разрешения. Усовершенствование мутаций рекомбинантного комплекса 2-й субъединицы (EZH2) zeste 2 редко встречается у CMML [24].

Около 60 процентов пациентов с CMML имеют мутации в генах, участвующих в RNA-сращивании [24]. Наиболее распространенными являются мутации в богатом серином / аргинином сплайсинг-фактором 2 (SRSF2) в 30-50 процентах случаев. Эти мутации связаны с повышенным возрастом, менее выраженной анемией и диплоидным кариотипом, но не с прогнозом [24,28,29,42]. SRSF2 или цинковый палец (тип CCCH), РНК-связывающий мотив и мутации серина / аргинина 2 (ZRSR2) часто согласуются с мутациями TET2 [24,28,43].

Мутации в транскрипционном коэффициенте транскрипционного фактора 1 транскрипции (RUNX1) обнаружены у 15-40 процентов пациентов с CMML [24,31-33]. Пациенты с мутациями CMML и RUNX1 могут иметь более высокий риск превращения в AML [31,33]. CCAAT / энхансер связывающий белок, альфа (CEBPA) мутации редко встречаются у пациентов с CMML [33].

Читайте также:  Результаты анализа крови расшифровка у ребенка 3 месяца

Kosmider et al. [35] сообщили о вариантах соматических мутаций CSF3R у примерно 4 процентов пациентов с CMML с высокой конкордансностью для мутаций ASXL1. Сообщалось, что у этих пациентов был плохой прогноз. Мутации SETBP1 обнаруживаются примерно у 5 процентов пациентов с CMML и связаны с плохим прогнозом у пациентов, у которых также имеется мутация ASXL1 [35-37]. Мутации SETBP1 и CSF3R кажутся взаимоисключающими в CMML. Протон-онкоген Cbl, мутации E3 ubiquitin protein ligase (CBL) обнаруживаются примерно у 10 процентов пациентов с CMML [24,34,44,45].

В последнее время Itzykson et al. отслеживаемых мутаций в одноклеточных миелоидных колониях после культивирования in vitro у пациентов с CMML [25]. Их данные указывают на предпочтительный порядок получения мутаций в клетках-предшественниках. Метровки в TET2 (или IDH1 и IDH2) или ASXL1 встречаются с 1-м, за которым следуют мутации в генах SRSF2 или spliceosome, а затем мутации в генах, связанных с передачей сигналов [25]. Эти данные возвращают данные из исследований взаимосвязи между временным приобретением мутаций JAK2V617F и TET2 или ASXL1 у пациентов с другими MPN, где клинические и лабораторные особенности коррелируют с тем, какая мутация происходит 1-го [46,47].

Мутации SETBP1 обнаруживаются у примерно 25-30 процентов пациентов с атипичным ХМЛ [21, 48]. Эти пациенты имеют более высокие уровни WBC и худший прогноз, чем пациенты без мутаций SETBP1 [21]. Мутации SETBP1 связаны с del (7) и iso (17) (q10)), мутации ASXL1 и CBL исключают мутации JAK2 и TET2 у пациентов с нетипичным CML [48]. Недавнее исследование [49] показало, что избыточная экспрессия SETBP1 связана с декомпозицией микроРНК в MPN.

Мутации CSF3R не встречаются у пациентов с атипичным ХМЛ [4]. Напротив, мутации TET2 являются обычными [23,37,48,50]. Мутации ASXL1 [20,51] обнаруживаются у 20-70 процентов пациентов с атипичными мутациями CML и SRSF2 около 40 процентов [51]. Мутации SRFS2, SETBP1 и ASXL1 часто смешиваются [51].

Технология NGS, такая как секвенирование целых экзонов (WES), продемонстрировала свою способность перевосстанавливать геномы человека, чтобы улучшить наше понимание того, как молекулярная генетика влияет на MPN и MDS / MPN [1,15,16,21,25]. Однако задача заключается в предоставлении генетической информации своевременным и доступным способом. Таким образом, полезность детальной адресной переустановки путем захвата технологий в настоящее время является разумной в клинической практичности. Следовательно, молекулярные биомаркеры вскоре перестанут быть секвенированы индивидуально. Вместо этого панели биомаркеров будут оцениваться в массовом порядке с высокой чувствительностью и мультиплексированием у пациентов с MPN или MDS / MPN для диагностики и индивидуализированных схем лечения.

Мутационные ландшафты или ландшафты CNL, CMML и атипичные ХМЛ сложны, но некоторые мутации относительно специфичны в этих 3 нарушениях. Кроме того, порядок получения мутаций может коррелировать с клиническими особенностями и прогнозом. Поэтому анализ мутаций в MPN становится все более важным по нескольким причинам. 1-й, анализ мутаций полезен при попытке определить этиологию увеличенного WBC. Например, мутации в CSF3R предполагают CNL, мутации SETBP1, атипичные CML и параллельные мутации TET2 и SRSF2 или ZRSR2, CMML. Анализ этих часто мутированных генов может определять клонирование и отличать новообразования от неопухолевого роста в WBC (рис. 2). Во-вторых, мутации в ASXL1, SEBP1, DNMT3A связаны, хотя и непоследовательно, с плохим прогнозом в MPN и MDS / MPN. Эти данные, если они будут подтверждены, могут быть добавлены в прогностические системы подсчета очков. В-третьих, выявление специфических молекулярных аномалий может предложить новые цели терапии для этих заболеваний, такие как ингибиторы пути ежа [52]. Рисунок 2
Схематический подход, в котором описывается оценка для пациента с лейкоцитозом периферической крови. * Тест на молекулярную генетику должен включать мутации, связанные с JAG2, CALR, MPL, CSF3R, TET2, SRSF2, ZRSR2, ASXL1, SETBP1 и BCR-ABL1 и перегруппировку PDGFRA, PDGFRB или FGFR1. AML, острый миелоидный лейкоз; ХМЛ, хроническая миелогенная лейкемия; CNL, хронический нейтрофильный лейкоз; CMML, хронический миеломоноцитарный лейкоз; MDS, миелодиспластические синдромы; MPN, миелопролиферативные новообразования; MDS / MPN, миелодиспластические / миелопролиферативные новообразования.

РПГ является сотрудником Celgene Corp., Summit, NJ и схемой неполного рабочего дня. Остальные авторы не заявляют никаких конкурирующих финансовых интересов.

LB, RPG и XZJ написал машинопись. Все авторы прочитали и утвердили окончательную рукопись.

Частично поддерживаются Национальными фондами естественных наук (№ 81370611, № 81270585), Фондами естественных наук Тяньцзинь (12JCZDJC23900), Национальным фондом научных исследований общественного здравоохранения (№ 201202017) (до ZX). РПГ признает поддержку схемы финансирования НИОКР по биомедицинским исследованиям.

источник

Вряд ли найдется кто-то, кто еще ни разу не сдавал кровь из пальца на анализы. Общий анализ крови берут практически при любом заболевании. Так в чем же его диагностическая ценность и какие диагнозы он может подсказать? Разбираем по-порядку.

Основные показатели, на которые врач обращает внимание при расшифровке общего анализа крови — это гемоглобин и эритроциты, СОЭ, лейкоциты и лейкоцитарная формула. Остальные скорее являются вспомогательными.

Чаще всего общий анализ крови назначают, чтобы понять, есть ли в организме воспаление и признаки инфекции, и если да, то какого происхождения — вирусного, бактериального или другого.

Также общий анализ крови может помочь установить анемию — малокровие. И если в крови есть ее признаки — назначают дополнительные анализы, чтобы установить причины.

Еще общий анализ крови назначают, если есть подозрение на онкологический процесс, когда есть ряд настораживающих симптомов и нужны зацепки. В этом случае кровь может косвенно подсказать, в каком направлении двигаться дальше.

Другие показания обычно еще реже.

Сейчас на бланках с результатом анализов в основном используют англ. аббревиатуры. Давайте пройдемся по основным показателям и разберем, что они значат.

Это более детальная информация о тех самых WBC из предыдущего блока.

Лейкоциты в крови очень разные. Все они в целом отвечают за иммунитет, но каждый отдельный вид за разные направления в иммунной системе: за борьбу с бактериями, вирусами, паразитами, неспецифическими чужеродными частицами. Поэтому врач всегда смотрит сначала на общий показатель лейкоцитов из перечня выше, а затем на лейкоцитарную формулу, чтобы понять, а какое звено иммунитета нарушено.

Обратите внимание, что эти показатели обычно идут в двух измерениях: абсолютных (абс.) и относительных (%).

Абсолютные показывают, сколько штук клеток попало в поле зрение, а относительные — сколько эти клетки составляют от общего числа лейкоцитов. Это может оказаться важной деталью — например, в абсолютных цифрах лимфоциты вроде как в приделах нормы, но на фоне общего снижения всех лейкоцитов — их относительное количество сильно выше нормы. Итак, лейкоцитарная формула.

А теперь пройдемся по каждому из этих показателей и разберем, что они значат.

Гемоглобин — это белок, который переносит по организму кислород и доставляет его в нужные ткани. Если его не хватает — клетки начинают голодать и развивается целая цепочка симптомов: слабость, утомляемость, головокружение, выпадение волос и ломкость ногтей, заеды в уголках губ и другие. Это симптомы анемии.

В молекулу гемоглобина входит железо, а еще в его формировании большую роль играют витамин В12 и фолиевая кислота. Если их не хватает — в организме нарушается синтез гемоглобина и развивается анемия.

Есть еще наследственные формы анемии, но они случаются гораздо реже и заслуживают отдельного разбора.

В норме гемоглобин составляет 120−160 г/л для женщин и 130-170 г/л для мужчин. Нужно понимать, что в каждом конкретном случае нормы зависят от лаборатирии. Поэтому смотреть нужно на референсные значения той лаборатории, в которой вы сдавали анализ.

Повышенные цифры гемоглобина чаще всего случаются из-за сгущения крови, если человек излишне потеет во время жары, или принимает мочегонные. Еще повышенным гемоглобин может быть у скалолазов и людей, которые часто бывают в горах — это компенсаторная реакция на недостаток кислорода. Еще гемоглобин может повышаться из-за заболеваний дыхательной системы — когда легкие плохо работают и организму все время не хватает кислорода. В каждом конкретном случае нужно разбираться отдельно.

Снижение гемоглобина — признак анемии. Следующим шагом нужно разбираться какой.

Эритроциты — это красные клетки крови, которые транспортируют гемоглобин и отвечают за обменные процессы тканей и органов. Именно гемоглобин, а точнее — его железо, красит эти клетки в красный.

Нормы для мужчин — 4,2-5,6*10*9/литр. Для женщин — 4-5*10*9/литр. Которые опять-таки зависят от лаборатории.

Повышаться эритроциты могут из-за потери жидкости с потом, рвотой, поносом, когда сгущается кровь. Еще есть заболевание под названием эритремия — редкое заболевание костного мозга, когда вырабатывается слишком много эритроцитов.

Снижении показателей обычно является признаком анемии, чаще железодефицитной, реже — другой.

Норма — 80-95 для мужчин и 80-100 для женщин.

Объем эритроцитов уменьшается при железодефицитной анемии. А повышается — при В12 дефицитной, при гепатитах, снижении функции щитовидной железы.

Повышается этот показатель редко, а вот снижение — признак анемии или снижения функции щитовидной железы.

Повышение значений почти всегда свидетельствует об аппаратной ошибке, а снижение – о железодефицитной анемии.

Это процентное соотношение форменных элементов крови к ее общему объему. Показатель помогает врачу дифференцировать, с чем связана анемия: потерей эритроцитов, что говорит о заболевании, или с избыточным разжижением крови.

Это элементы крови, ответственные за формирование тромботического сгустка при кровотечениях. Превышение нормальных значений может свидетельствовать о физическом перенапряжении, анемии, воспалительных процессах, а может говорить о более серьезных проблемах в организме, среди которых онкологические заболевания и болезни крови.

Снижение уровня тромбоцитов в последние годы часто свидетельствует о постоянном приеме антиагрегантов (например, ацетилсалициловой кислоты) с целью профилактики инфаркта миокарда и ишемического инсульта головного мозга.

А значительное их снижение может быть признаком гематологических заболеваний крови, вплоть до лейкозов. У молодых людей — признаками тромбоцитопенической пурпуры и других заболеваний крови. Так же может появляться на фоне приема противоопухолевых и цитостатических препаратов, гипофункции щитовидной железы.

Это основные защитники нашего организма, представители клеточного звена иммунитета. Повышение общего количества лейкоцитов чаще всего свидетельствует о наличии воспалительного процесса, преимущественно бактериальной природы. Также может оказаться признаком так называемого физиологического лейкоцитоза (под воздействием боли, холода, физической нагрузки, стресса, во время менструации, загара).

Нормы у мужчин и женщин обычно колеблются от 4,5 до 11,0*10*9/литр.

Снижение лейкоцитов – признак подавления иммунитета. Причиной чаще всего являются перенесенные вирусные инфекции, прием некоторых лекарств (в том числе нестероидных противовоспалительных и сульфаниламидов), похудение. Гораздо реже — иммунодефициты и лейкозы.

Самый большой пул лейкоцитов, составляющий от 50 до 75% всей лейкоцитарной популяции. Это основное звено клеточного иммунитета. Сами нейтрофилы делятся на палочкоядерные (юные формы) и сегментоядерные (зрелые). Повышение уровня нейтрофилов за счёт юных форм называют сдвигом лейкоцитарной формулы влево и характерно для острой бактериальной инфекции. Снижение — может быть признаком вирусной инфекции, а значительное снижение — признаком заболеваний крови.

Второй после нейтрофилов пул лейкоцитов. Принято считать, что во время острой бактериальной инфекции число лимфоцитов снижается, а при вирусной инфекции и после неё – повышается.

Значительное снижение лимфоцитов может наблюдаться при ВИЧ-инфекции, при лейкозах, иммунодефицитах. Но это случается крайне редко и как правило сопровождается выраженными симптомами.

Редкие представители лейкоцитов. Повышение их количества встречается при аллергических реакциях, в том числе лекарственной аллергии, также является характерным признаком глистной инвазии.

Самая малочисленная популяция лейкоцитов. Их повышение может говорить об аллергии, паразитарном заболевании, хронических инфекциях, воспалительных и онкологических заболеваниях. Иногда временное повышение базофилов не удается объяснить.

Самые крупные представители лейкоцитов. Это макрофаги, пожирающие бактерии. Повышение значений чаще всего говорит о наличии инфекции — бактериальной, вирусной, грибковой, протозойной. А также о периоде восстановления после них и о специфических инфекциях — сифилисе, туберкулезе. Кроме того может быть признаком системных заболеваниях — ревматоидный артрит и другие.

Если набрать кровь в пробирку и оставить на какое-то время — клетки крови начнут падать в осадок. Если через час взять линейку и замерить, сколько миллиметров эритроцитов выпало в осадок — получим скорость оседания эритроцитов.

В норме она составляет от 0 до 15 мм в час у мужчин, и от 0 до 20 мм у женщин.

Может повышаться, если эритроциты чем-то отягощены — например белками, которые активно участвуют в иммунном ответе: в случае воспаления, аллергической реакции, аутоимунных заболеваний — ревматоидный артрит, системная красная волчанка и другие. Может повышаться при онкологических заболеваниях. Бывает и физиологическое повышение, объясняемое беременностью, менструацией или пожилым возрастом.

В любом случае — высокий СОЭ всегда требует дополнительного обследования. Хоть и является неспецифическим показателем и может одновременно говорить о многом, но мало о чем конкретно.

В любом случае по общему анализу крови практически невозможно поставить точный диагноз, поэтому этот анализ является лишь первым шагом в диагностике и некоторым маячком, чтобы понимать, куда идти дальше. Не пытайтесь найти в своем анализе признаки рака или ВИЧ — скорее всего их там нет. Но если вы заметили любые изменения в анализе крови — не откладывайте визит к врачу. Он оценит ваши симптомы, соберет анамнез и расскажет, что делать с этим анализом дальше.

Мы заметили, что в комментариях очень много вопросов по расшифровке анализов, на которые мы не успеваем отвечать. Кроме того, чтобы дать хорошие рекомендации — важно задать уточняющие вопросы, чтобы узнать ваши симптомы. У нас в сервисе очень хорошие терапевты, которые могут помочь с расшифровкой анализов и ответить на любые ваши вопросы. Для консультации переходите по ссылке.

источник